Геннадий ДОНКОВЦЕВ

В детство нельзя вернуться. Надо жить настоящим
17.01.2018

Геннадий ДОНКОВЦЕВ: Анализ и синтез

Он мечтал стать летчиком, потом разведчиком, но судьба вела его по другому пути.

Детство Геннадия Донковцева было типичным для советских ребятишек послевоенного времени: полуголодное выживание, нищета, раннее взросление, необходимость с малых лет трудиться.

Он родился в Ашхабаде 21 января 1945 года. Донковцевы – выходцы из оренбургского казачьего сословия, свили родовое гнездо в селе Краснояр, что недалеко от нынешней Паники Оренбургского района. В столице Туркмении оказались не по доброй воле.

Дед Геннадия, Николай Тимофеевич, в годы Первой мировой войны в составе Оренбургского казачьего войска был участником знаменитого Брусиловского прорыва, гарцевал на боевом коне по улицам Варшавы. Выжил, вернулся домой, уцелел в кровавой купели Гражданской войны. От своих односельчан получил прозвище «Варшавский». В отличие от другого Николая, двоюродного брата, «Амурского», воевавшего с самураями.

Неистощимое трудолюбие, природный дар хлебороба вскоре привели Николая «Варшавского» к достатку и зажиточности. Хороший дом, крепкие надворные постройки, скотина, техника – все как у людей.

Но в 1937 году Николая Тимофеевича объявили кулаком, хозяйство разорили. Чтобы спасти семью от репрессий, было принято решение всем разъехаться из родного дома как можно скорее и дальше.

Один из сыновей «врага народа», Павел, уехал на Дальний Восток с молодой женой Меланьей, малограмотной батрачкой, сиротой. Сначала работали на какой-то стройке, потом перебрались в Ашхабад, где у них в 1939 году родился сын Владимир.

Жизнь потихоньку налаживалась, но тут война. Ушел на фронт Павел Николаевич, сражался на знаменитой Орловско-Курской дуге, был ранен. Родила Меланья мужу-инвалиду Великой Отечественной сына Геннадия, а через год – дочь Валентину.

В 1949 году в Ашхабаде произошло страшное землетрясение, погибло 150 тысяч человек. Чудом остались в живых Донковцевы. Им разрешили вернуться на родину. Но не в свое село, а на восток Оренбуржья, куда направляли в то время всех переселенцев.

Жили на третьем отделении совхоза «Камышаклинский». Ни клуба, ни школы не было. Учились в приспособленном помещении все вместе ученики первых – четвертых классов. Кино показывали на улице, когда стемнеет, и только в летнюю пору. На зиму у всех детей Донковцевых были одни валенки. Брюки пацаны не носили, их заменяли мамой сшитые шаровары, которые назывались почему-то финками. Неказистые на вид, зато в них хорошо работалось на току: можно незаметно немного насыпать зерна и принести домой, чтобы смолоть его на самодельной меленке-крупорушке. Так делали все ребятишки во время уборочной страды.

Голодали страшно. А когда отец, в ту пору работавший управляющим отделением, выписал домбаровским детдомовцам мешок пшеницы, то его чуть не посадили в тюрьму за расхищение хлеба. Старший Донковцев находился под следствием восемь месяцев, пока его не простили. Чтобы избежать беды, пришлось снова поменять место жительства: переехали Донковцевы в Александровку.

Геннадий Донковцев
Владимир (старший брат), Геннадий, друг брата – молотобоец Иван (с. Александровка). 1978-1979 – на Урале.

До сих пор свежи у Геннадия Павловича александровские впечатления: «Есть хотелось всегда. А в райцентре даже хлеб не пекли, его привозили из Шарлыка. Очередь выстраивалась длиннющая. Я проберусь к прилавку, протяну деньги, мне и дадут буханку хлеба. Так что приносили мы с мамой уже две буханки. Зимой хлеб был мерзлый, когда его резали – крошился. Мы с сестренкой охотились за крошками…» Очень любил Гена мамин суп с галушками, казалось, что лучше лакомства нет на свете.

В 1960 году Геннадий закончил 8 классов. Тогда же семья переехала в Оренбург.

Отрочество Геннадия прошло в учебе. Особого желания учиться в железнодорожном техникуме не было. Но отец настоял на поступлении, сказав, что там порядок, дисциплина, да и стипендию дают.

Сам Павел Николаевич устроился слесарем в мехколонну № 99. Последние годы до выхода на пенсию работал сантехником в этой же мехколонне. А мама, Меланья Петровна, лет двадцать санитаркой была в онкологической больнице. Так и жили.

Геннадий все успевал. Умудрился экстерном закончить 30-ю оренбургскую школу и с аттестатом о среднем образовании и «липовой» справкой о месте работы поступить в Куйбышевский институт инженеров железнодорожного транспорта на заочное отделение. По окончании техникума Геннадий Донковцев имел за плечами уже два курса института.

Молодого специалиста направили по распределению на работу в город Петропавловск Казахской ССР, где имелось крупное локомотивное депо. Но общежитием не обеспечили, перспектив на получение квартиры не ожидалось тоже. Это стало поводом к тому, чтобы на законных основаниях уехать с места распределения и вернуться в Оренбург.

Начало шестидесятых годов прошлого века для оренбургских подростков было окрашено, конечно же, подвигом Юрия Гагарина, выпускника Оренбургской «летки». Захотел стать летчиком и Геннадий Донковцев. Но не прошел медкомиссию из-за вывиха локтевых суставов.

Тогда решил Геннадий податься в разведчики. Но и тут неудача: сказали, что надо закончить институт, а потом будут рассматривать его заявление.

Вскоре он стал работать в Оренбургском локомотивном депо, сначала помощником машиниста тепловоза, затем помощником мастера цеха. В 1966 году женился на Валентине Федоровне Волобуевой, местной красавицей, проживавшей недалеко от дома Донковцевых, в Пугачах. Работала она товарным кассиром на станции Меновой двор, а училась тоже на заочном отделении в Куйбышевском институте.

Геннадий Донковцев
На высших офицерских курсах «Выстрел».

Молодая семья, родители, брат и сестра Геннадия, да родившаяся в 1967 году дочка Света – все ютились в небольшом домике по улице Чехова в Пугачах. Надо было срочно решать вопрос с жильем.

Геннадий Павлович пишет письмо начальнику Южно-Уральской железной дороги с просьбой о выделении ему квартиры. Да еще приписку делает: «Согласен на любое место работы, лишь бы с предоставлением жилья для молодой семьи».

Последовал ответ и направление на работу – опять в Казахстан! На этот раз в локомотивное депо крупной железнодорожной станции Пески-Целинные.

Дали квартиру, Геннадий Павлович был принят в партию, родился сын Павел. В 1969 году пригласили Геннадия Павловича в местный райком партии и предложили должность заведующего отделом пропаганды и агитации.

Навытяжку не стоял молодой коммунист Донковцев, как и никогда потом, но партийную дисциплину соблюдал, поэтому и согласился на ответственную работу.

Прошло полгода. На стол первого секретаря райкома партии попадает заявление нового завотделом: «Прошу освободить от работы, так как не вижу результатов своего труда».

И тут произошел разговор, который Донковцев помнит до сих пор.

В результате договорились, что после двух лет работы в райкоме пошлют его на учебу в столичную высшую партийную школу Казахстана. В 1974 году Геннадий Павлович закончил ее с отличием.

В 1976 году вернулся в Оренбург, хотелось снова работать на железной дороге, ведь технарь он, инженер, тянет к технике, а не пропагандой заниматься.

Только встал на партийный учет, как вызвали в обком, а оттуда направили в горком на прием к первому секретарю Степану Алексеевичу Чекасину. Тот сразу и категорично сказал: «Мы изучили твою характеристику от казахстанских товарищей и решили, что ты будешь инструктором промышленно-транспортного отдела». На попытки Донковцева возразить, что он хочет работать на производстве, последовал жесткий ответ: «Ты нужен тут. Мы испытаем тебя на сжатие-растяжение. Не справишься – выгоним!».

Вскоре получил Геннадий Павлович квартиру, перевез в Оренбург семью, через год стал заведующим отделом пропаганды и агитации, через два – секретарем горкома по идеологии. А еще через год – исторический звонок Деда, первого секретаря Оренбургского обкома КПСС

А.В. Коваленко: «Ты с какого года рождения?» Услышав ответ, Дед бросил трубку, ничего не объяснив Донковцеву. Спустя два-три дня Александр Власович при встрече сказал: «Донковцев, мы решили послать тебя на учебу в Академию общественных наук ЦК КПСС. Собирайся».

Учился с удовольствием. Начал вести научные изыскания, вчерне завершил кандидатскую диссертацию. И в это время в Москве появляется Владимир Демьянович Лозовой, первый секретарь Оренбургского горкома, сменивший на посту Чекасина.

Неожиданный поворот: принято решение избрать Донковцева вторым секретарем Оренбургского горкома. Долго раздумывать не пришлось. Такие предложения не часто случаются. Геннадий Павлович дал согласие, несмотря на то, что ответственные работники Академии прямо говорили: «Зря, Донковцев, ты поддался уговорам. Мы хотели тебя рекомендовать в аппарат ЦК КПСС».

Кабинет второго секретаря Оренбургского горкома партии Геннадий Павлович занял в 1983 году. Он не попал в капкан служебных отношений и подчиненности. Этот выбор не означал катастрофу столичных карьерных устремлений. Да и московский климат, как в прямом, так и в переносном смыслах, не устраивал Донковцева. Он не думал о ступенях роста партийного чиновника-функционера. Двигался вверх, не предпринимая каких-то специальных личных усилий, чтобы подсуетиться и занять должность повыше, посолиднее, более денежную. Просто так всегда получалось у него в жизни. Старался соответствовать высокому предназначению человека и гражданина. Не лицемерить, не врать, с честью и ответственно выполнять полученное дело. Пожалуй, трудно назвать Донковцева и типичным кабинетным работником. Он всегда шел на производство, к людям, более всего и в первую очередь решая насущные практические задачи жителей Оренбурга.

Геннадий Донковцев
Открытие памятника И.И.Неплюеву. Выступает Геннадий Донковцев.

Очень напряженным выдался для Геннадия Павловича 1984 год. Третий секретарь Кривошеев был направлен в командировку в Афганистан, крепко заболел и несколько месяцев не приступал к своим обязанностям первый секретарь Лозовой. Фактически городом управлял Донковцев в одиночку.

За выполнение показателей народно-хозяйственных планов 1984 года Оренбург получил столько знамен и знаков отличия, что Анатолий Никифорович Баландин, ставший после Коваленко первым секретарем обкома, пошутил: «Может, в Оренбурге нам достаточно держать одного секретаря горкома – Донковцева? Он справится».

Обвал устоявшихся порядков, дисциплины, отношений между властью и обществом начался в стране с приходом к руководству партией и государством Михаила Сергеевича Горбачева. Началась перестройка и в Оренбурге. Произошла рокировка, по сути ничего не решавшая: председателя горисполкома Ю.Д. Гаранькина «со скрипом» выбрали первым секретарем горкома, а Г.П. Донковцева сессия горсовета утвердила председателем Оренбургского горисполкома.

Вот в эти сложнейшие перестроечные времена Геннадий Павлович сполна испытал на себе сокровенный смысл мудрого пожелания: «Не дай бог тебе пожить в эпоху перемен!» Казалось, что бедам не будет конца. Все было непонятным, в новинку: бартер, деноминация, девальвация, «челнок», дефолт, ограбление народа в результате рухнувшей в одночасье банковской системы. А потом еще «веселее»: финансовые «пирамиды», частные предприятия, ваучеры, многомесячные задержки зарплаты, остановка фабрик, заводов, развал армии, беспризорничество, разгул преступности, грызня за власть. Оренбург бурлил, появились заштатные демократы. Требовали отставки Донковцева.

Областью начинает руководить Владимир Елагин, из бывших комсомольских работников. Новый губернатор заверил Геннадия Павловича, чтобы тот не беспокоился, продолжал работать в должности председателя горисполкома: снимать-то не за что было! Город не разморозили зимой, не засушили летом, в целости оставались детские сады, школы, больницы, работал транспорт, функционировала связь. Но в результате подковерной борьбы, действий неожиданно появившегося полномочного представителя президента России господина Шаповаленко и других в 1992 году указом Ельцина (кстати, незаконным, антиконституционным) Донковцева освобождают от должности председателя горисполкома. А до этого в городе 10 дней работала специальная комиссия и группа следователей Генеральной прокуратуры РФ, все искали какие-то решения, якобы подписанные Донковцевым в пользу ГКЧП-истов. Не нашли. Но вместо Донковцева поставили исполняющим обязанности «хозяина» города Г.П. Солдатова.

Геннадий Донковцев
Космонавт Виктор Романенко на открытии памятника Гагарину.

Геннадий Павлович, как он сам говорит, ушел в «свободное плавание»: создал Союз промышленников и предпринимателей, занялся бизнесом. Но это длилось всего один год.

Власть снова призвала Донковцева к себе на службу. Из Солдатова «хозяина» Оренбурга не получилось. В 1993 году состоялись первые демократические выборы мэра. Донковцев победил как независимый кандидат.

Вотум доверия надо было оправдывать только делами на пользу горожанам. В тисках безденежья, сокращения рабочих мест, забастовок и голодовок приходилось удерживать город «на плаву».

Цейтноты случались у Геннадия Павловича неоднократно, когда времени на спокойное обдумывание каких-то вариантов решения той или иной проблемы элементарно не было.

Первая неожиданность случилась в самом начале работы Донковцева в горисполкоме. Зима была снежная, дороги не успевали расчищать. Сообщили с кладбища: «15 гробов скопилось на трассе, катафалки и автобусы не могут пробиться через образовавшиеся снежные заносы. Если не поможете, привезем гробы к горисполкому!»

Пулей выскочил Геннадий Павлович из кабинета, приехал в автотранспортное предприятие Дзержинского района, распорядился немедленно вывести несколько мощных бульдозеров... Проблема была решена. На следующий день и до весны дорогу на кладбище расчищали специально выделенные опытные и ответственные бульдозеристы. А летом пришлось этот участок трассы поднимать, асфальтировать, на кладбище бурить скважины, чтобы вода была для питья и полива.

Весна. Город спит. Сообщение на дом: прорвались пруды-накопители, канализационные потоки могут вот-вот хлынуть обратно в город, попасть в Урал. Что делать?

За полтора часа были подняты люди, техника, размытые участки накопителей были перекрыты, аварии удалось избежать.

Острейшие моменты возникали во время задержек зарплаты. Приходилось лицом к лицу встречаться с разгневанными людьми, принимать неожиданные, иногда непопулярные меры. Конечно, любви народной в таких ситуациях не дождешься.

Единомышленниками Донковцева в те трудные времена стали крепкие хозяйственники, профессионалы своего дела, впоследствии ушедшие работать в областные структуры: Александр Зеленцов, Юрий Карпов, Алексей Пешков, Татьяна Чувашова, Антонина Пеньшина и многие другие. И как бы ни было тяжело, но и вторые выборы в 1996 году Геннадий Павлович опять выиграл.

Выжить Донковцеву, при этом обеспечивая порядок в городе, помогло осознание того, что надо во чтобы то ни стало предоставлять людям рабочие места, чтобы они надеялись на скорое улучшение жизни, стабилизацию и развитие экономики, культуры, образования. Была восстановлена традиция проведения Дня города, присвоения выдающимся оренбуржцам звания почетного гражданина Оренбурга, созданы блестящие культурно-образовательные муниципальные коллективы – Камерный хор, Центр «Подросток», оренбургская «кадетка».

Геннадий Донковцев
Владыка Леонтий по поручению патриарха Алексия II вручает Г. П. Донковцеву орден князя Даниила Московского II степени.

Кажется, что Донковцев уже научился предвидеть трудности, успешно справляться с ними, появилась твердость и уверенность в управлении городом. Но очередные выборы 2000 года Геннадий Павлович проиграл…

Сначала появилась какая-то опустошенность, потом недоумение: за что? Он ходил по своему городу, которому отдал, пожалуй, лучшую часть своей жизни, и видел построенные при его содействии дома, отремонтированные дороги, отреставрированные здания музеев. Рождались неожиданные выводы: настоящими друзьями, верными товарищами оказались те, с кого больше требовал, кого больше ругал. А кого лелеял, продвигал по службе – те старались отмежеваться от бывшего шефа, прибиться к новому начальнику. Обыкновенное дело, ничего тут не поделаешь.

Вера в собственные силы – вот что осталось у него. Надо не бояться трудностей, брать ответственность на себя, тогда и мечты обязательно сбудутся – этому своей жизнью учит Донковцев товарищей и соперников по бизнесу, работников своего любимого детища – Оренбургского книжного издательства, своих наследников – пятерых внуков и правнуков.

P.S. Будучи председателем горисполкома, Геннадий Павлович заказал как-то своей матери сварить суп с галушками, который он в детстве очень любил. Попробовал. Съел пару ложек – и больше не стал. Подумал тогда: «В детство нельзя вернуться. Надо жить настоящим».

Николай ИВАНОВ

Опубликовано в журнале "Лица Оренбуржья". Июль, 2009 г.